мались червекормленісмъ, но какт» рабочія силы
шелководнаго заведенія, а не какъ хозяева своего
небольшаго домашняго хозяйства. Отъ этого, но
собственнымъ словамъ его, онъ едва могъ довести
полученіе шелку въ своемъ имѣніи до ІО пудовъ;
тогда-какъ у менонистовъ въ-теченіе 10 лѣтъ
едва ли оно не дошло до 300 пудовъ, между-тѣмъ
какъ отношеніе между числами хозяйствъ кажет
ся не простирается больше 10, или немногимъ
чѣмъ больше.
Теперешніе наши шелководы,въ главѣ которыхъ,
по высказаннымъ ими мнѣніямъ и убѣжденіямъ,
можно поставить Н. А. Райко, прежде всего тре
буютъ одного, чтобы шелководство, особенно пер
вая часть его — червеводство, непремѣнно было
дѣломъ крестьянскимъ. Начало превосходное, пря
мо выходящее изъ сущности самаго дѣла, совер
шенно-истинное; но бѣда та, что въ правилахъ
своихъ они впадаютъ въ исключительную край
ность, именно смотрятъ на него, какъ на дѣло
исключительно крестьянское. Отсюда, изъ этой
односторонности взгляда, выходитъ и односторон
ность наставленій.
Червеводство точно дѣло бабье; но предоставьте
его однѣмъ бабамъ и однимъ крестьянамъ, тогда
вы въ нѣсколько лѣтъ, а въ нѣсколько десятковъ
лѣтъ непремѣнно, дойдете до того, что 1) не только
не улучшите, а навѣрное испортите породу червей
до послѣдней степени; 2) вмѣсто шелку будете по
лучать нѣчто среднее между крапивною пряжею и
конскимъ волосомъ. Пусть еще второе частію от
носится къ искусству размотки коконовъ, но пер
вое есть уже прямо дѣло червеводства.
Электронная Научная СельскоХозяйственная Библиотека