NED365341NED

методах и механизме хозяйствования подменялись больше организационно-управленческими перетрубациями и корректировками в рамках той же системы. В череде таких корректировок не оправдали надежд наспех созданные РАПО, ОблАПО, кооперативно-государственные объединения, районные АПК и прочие, в основном административные, реорганизации в рамках суперведомства – Госагропрома, созданного якобы с целью преодоления ведомственности, улучшения системы управления и, вследствие этого, благоприятного изменения всей социально-экономической ситуации в сельском хозяйстве и АПК в целом. Однако и на этот раз определенные позитивы в смысле демократизации хозяйственной деятельности на микроуровне аграрного сектора, начала возрождения кооперации, арендных отношений многократно перекрывались теми же недостатками, а вернее самой сущностью унаследованной от сталинских времен административно-командной системы, ядром которой оставался Госплан с его функциями разверсток, разнарядок, заданий и прочих рычагов подавления хозяйственной инициативы, предпринимательства и всего того, что присуще нормальной, т.е. по объективным законам развивающейся экономике. Некоторые сдвиги в сторону становления такой системы стали происходить с разработкой и принятием в 1988 г. “Закона о кооперации в СССР”. Общий разговор об экономических методах управления и роли в них рыночного механизма, стоимостных категорий перешел в плоскость установки на овладение этим механизмом 1 . В оборот вводилась непривычная экономическая терминология: конкуренция, предпринимательство, индекативное планирование, аренда, товаропроизводитель и т.д. В докладе Н.И.Рыжкова на 9-й сессии Верховного Совета СССР (24 мая 1988 г.) подчеркивалось, что “рынок призван служить движущей силой (подчеркнуто нами. – И.Б .) и эффективной формой развития производства, а всемерное использование принципа конкуренции – “одна из крупных экономических и социальных задач на современном этапе”. И хотя из такой постановки непосредственно вытекал вопрос о преобразовании отношений собственности, разгосударствлении, инерция экономического мышления, да и статья 6 Конституции СССР не позволяли об этом говорить на высшем государственном уровне, что являлось главным препятствием на пути действительно радикальных реформ. Однако ученые, свободные от идеологических догм, все активнее развивали концептуальные аспекты этих реформ, прежде всего идею о необходимости перехода к адекватным рыночной экономике формам собственности. Рыночная же система производственных отношений объективно “обусловливает экономическую обособленность товаропроизводителя, его безраздельное право владения и распоряжения средствами производства и произведенной продукцией” 2 . А это не что иное, как право частной собственности, независимо от того, становится ли она индивидуальной или коллективной. Следовательно, не декларированный, а реальный поворот государства к человеку с его ценностям и интересам. Законодательное и экономическое утверждение этого права и определило необходимость радикальной экономической реформы советского аграрного строя. Здесь остается только повторить данное академиком А.А.Никоновым теоретически точное и практически достоверное определение 1 Рыжков Н.И. О роли кооперации и развитии экономики страны и проекте Закона о кооперации в СССР. Доклад на 9-й сессии Верховного Совета СССР одиннадцатого созыва 24 мая 1988 г. С. 27. 2 Буздалов И.Н. Возрождение кооперации. М.: Экономика, 1990. С. 52.