NED365341NED

продукции отрасли 1 . Сколько бы ни старались доказывать его “подсобность”, тяжесть труда его владельцев, привязанность “к пуповине” общественного, обобществленного, на самом деле без него судьба этого общественного была бы судьбой пресловутой “коммуны”. Пристальный, непредвзятый анализ показывает, тем более в нынешних условиях, что само общественное держалось и держится исключительно на труде владельцев сельских подворий. Поэтому где главное, где подсобное и что является “пуповиной” – это еще вопрос. Что касается тяжести труда, то крестьянский труд одинаково тяжел и в своем хозяйстве и на колхозном поле; но здесь принципиальные различия в мотивации труда и удовлетворенности этим трудом. В первом случае, работа с душой, прямая заинтересованность и уверенность в результатах, в личных доходах, во втором – как бы обязанность быть на работе без уверенности получить положенное за свой труд. Поэтому, когда говорят, что результаты семейных приусадебных хозяйств зависят от использования ресурсов общественного (прежде всего кормов), то забывают, что размеры этих ресурсов в лучшем случае покрывают перманентную недоплату крестьянам за работу в общественном хозяйстве. К сожалению, пропагандисты от науки исключительных преимуществ крупного обобществленного производства в этом вопросе ограничиваются или самым поверхностным анализом, или обычной дезинформацией, особенно в вопросах эффективности производства. Но и эта спасительная для советского крестьянина ниша инициативного, заинтересованного хозяйствования никогда не давала покоя ни властвовавшим, по словам В.И.Ленина, “коммунистическим дурачкам”, ни их ортодоксальным идеологам от науки. В 30-е и даже послевоенные годы, когда крестьянство особенно нуждалось в поддержке, “забота” властей в этом социальном укладе деревни сводилась к ограничениям, вплоть до зараставших бурьяном отрезков от и без того мизерных приусадебных участков, непосильных налогов на подворья с “разверстками” на каждое плодовое дерево и т.д. Душилось налогами и общественное хозяйство. Иначе говоря, в основе своей восхвалявшаяся состоявшими при науке верными помощниками партии (аграрниками-марксистами) с высокими научными степенями и званиями “аграрная политика партии” представляла ни что иное, как глумление над крестьянством с их по сути рабским трудом и казарменным образом жизни. На общем фоне унижения и подавления личности, массового голода в деревне в самый разгар большевистских экспериментов некоторый рост производства в сельском хозяйстве во второй половине 30-х гг. нельзя рассматривать как успех этой политики, поскольку главный критерий этого успеха – материальное положение и особенно моральное состояние крестьянства свидетельствовал об обратном. Послевоенные годы можно рассматривать как дальнейшее выхолащивание из крестьянского сословия духа созидания, как годы материального обнищания, морального подавления и унижения. Последующие изменения в аграрной политике, начиная с так называемой хрущевской оттепели, можно усматривать в чем угодно, только не в ее философии и идеологии, поскольку в конце туннеля крестьянина ждал тот же большевистский социализм. Научно обоснованная 1 Мы не употребляем понятие “личное подсобное хозяйство” (ЛПХ) как не отражающее существа проблемы и по экономическому весу, и по социальному значению в сельском хозяйстве, по характеру труда: крестьянское подворье ведется не “лицом”, а, как правило, семейным коллективом. – Примеч. авт. И.Б .).