NED352293NED

270 в этом «зле» он доходит не только до всевозможной эксплуатации «ближ­ них», но и до мучения их, убийств, поедания и т.д. По своей онтологиче­ ской сущности это тоже — «забота» о виде, как и в самых «положитель­ ных» устремлениях человека. Эгоистические чувства человека как прояв­ ление «антиморали» «спасают» вид не прямо, как, скажем, через положи­ тельные проявления нравственной любви, а через её отрицательные прояв­ ления, в широком смысле — через самоочищение вида (как через «горькое лекарство»). Вспомним, что в трагические периоды становления человече­ ства позитивную роль играло уничтожение слабых и больных детей, убий­ ство или поедание стариков во время голода для спасения остальных чле­ нов рода и т.д. Не видеть и тем более не считаться с наличием «антиморали» и её многообразных проявлений у человека и человечества невозможно. Если внимательно присмотреться, большинство моральных установлений им­ плицитно исходит из допущения именно «злой» природы человека, кото­ рого надо как-то обуздывать нравственными требованиями или, по край­ ней мере, учить быть моральным. В философии о наличии «зла» в самых разных его «ипостасях» и способах его преодоления ведётся разговор, на­ чиная ещё с Аристотеля с его учением о добродетелях и пороках. В прин­ ципе любая развитая этическая теория имплицитно исходит из различных сторон «антиморали» как из очевидного постулата. Например, все деонти­ ческие теории (включая кантианство) фактически стоят именно на таких позициях. Только следуя долгу, человек способен преодолеть свою несо­ вершенную, «злую» природу. «Злая» природа человека не только призна­ ётся, но и предпринимаются попытки использовать её на «благие цели» в различных теориях разумного эгоизма. (К.А.Гельвеций, П.Гольбах, Д.Дидро, Н.Г.Чернышевский, отчасти И.Бентам, Дж.С.Милль, Г.Спенсер и др.). Суть этих взглядов сводится к тому, что человек явно несовершенен, эгоистичен («зол»), но он должен понимать, что для его же пользы ему на­ до учитывать наличие других людей и даже иногда заботиться о них. Это теория вынужденного компромисса между «моральной» и «антимораль- ной» природой человека. (Во всяком случае чисто «моральной» её назвать нельзя). Фактически на тех же позициях стоят и различные утилитарист­ ские и даже перфекционистские этики. Всевозможную «борьбу» прославляли все сторонники диалектики. Например, ещё у Гераклита: «Война — отец всех вещей». Философское оправдание войны как таковой мы находим у Гегеля, В.С.Соловьёва, Ф.М.Достоевского, Н.А.Бердяева, И.А.Ильина. По мысли Н.А.Бердяева, «войну нужно брать в её таинственной органичности и оставаться в ней покорными святыням, не переводимым ни на какие интересы»356. Ф.М.Достоевский считал, что без войны мир проваливается в «подлую 356 Бердяев Н.А. Философия неравенства. О войне. — М., 1990. — С. 23.