NED352293NED

229 сти. Во многих случаях именно оно играет роль моральной интуиции («сверхсознания»), открывающей внутренний смысл подчас самых слож­ ных явлений. Без этого чувства у нас вообще не было бы ни внутреннего стимула к поискам справедливости, ни понимания смысла того, к чему мы стремимся, ни вообще осознания того, что называется «разумной логикой» мира. Некоторые этики, подчёркивающие крайнюю относительность мо­ ральных установлений (фактически морали), чаще всего демонстрируют это как раз на рассогласовании чувства и явления справедливости. Поэто­ му именно на примере этого чувства целесообразно ещё раз показать «аб­ солютность» и «относительность» роли чувств в детерминации социально­ го поведения человека. В разных «социальных контекстах» базисное чувство справедливо­ сти (так же, как и, например, чувство стыда) может, действительно, побу­ ждать к полярным поступкам. Как правило, сильно различается представ­ ления о справедливости у конфликтующих сторон, у людей или социаль­ ных групп с различным экономическим или политическим статусом («сы­ тый голодного не разумеет», «прав тот, у кого больше прав»), привержен­ цев различных религий и т.д. Как уже отмечалось, потребность в справед­ ливости, направляемая чувством справедливости, — скрытая пружина практически всех многочисленных социальных столкновений в истории — бунтов, восстаний, революций, большинства войн. Классовая борьба, ко­ торая, согласно постулатам марксизма, — «движущая сила истории», все­ гда велась во имя установления справедливости. Во имя её торжества во­ обще погибло едва ли не максимальное количество людей на Земле. (Дос­ таточно вспомнить террор якобинцев в 1793 году, когда был репрессиро­ ван миллион французов или гражданскую войну в России 1918-1922 годов, которая привела к гибели более десяти миллионов россиян). Отсюда ведётся речь о «пустоте», «бессодержательности» и даже «лживости» чувства справедливости, как и всяких прочих «эмоций». (Это­ му моменту уделяется большое внимание в коллективной работе «Рацио- нальное и эмоциональное в морали») . Поэтому же иногда высказывается мысль о «безнравственности» моральных чувств вообще, т.к. они служат «всем и никому». (Относительно чувства долга подобную мысль, напри- мер, ещё в начале прошлого века высказывал В.Виндельбанд) . Как из­ вестно, последовательнее всего моральные чувства как средство познания отвергались в эмотивизме, особенно в его радикальной разновидности. Но321 32 321 Рациональное и эмоциональное в морали. — М.: Изд-во Моек, ун-та, 1983. 322 Виндельбанд В. Прелюдии. — СПб., 1904. — С. 460.