NED352293NED

216 «слияния» людей, т.к. это не соответствует природе нашего вида. Однако при определённых условиях стыд (как и нарушение целомудрия девушки) должен преодолеваться. «Прорыв табу» по 3.Фрейду, т.е. «прорыв» пред­ писанной природой человека (и обществом) стыдливости — это прорыв этой личностной защиты, который происходит в случае интимной близо­ сти и потому так потрясает человека. В момент полной взаимоотдачи, ко­ торая наступает во время полового контакта (но не только при нём), про­ исходит соитие не просто «двух тел», но и «двух душ», нечто вроде прояв­ ления «идеального смысла» моральной природы человека, требующей не­ укоснительного стремления к «слиянию» со всеми другими представите­ лями собственного вида, их взаимной принадлежности, полного совпаде­ ния. (Но, разумеется, полностью реально недостижимого, т.к. в целом это не соответствует природе вида). Без обязательного ощущения «Я», как указывалось выше, невозмож­ но проявление ни одного морального чувства. Ощущение собственной «значимости» (чувство достоинства) как одно из ближайших представи­ тельств чувства «Я» в системе морального сознания оказывает самое пря­ мое действие и на проявление стыда. Переживание стыда связано с ощу­ щением утраты уважения со стороны людей, умаления собственного мо­ рального «Я», своей внутренней опоры, т.е. чувства своей ценности, чести, самоуважения, приводит к состоянию деперсонализации. Тяжкие пережи­ вания стыда, однако, имеют место до тех пор, пока человек борется за своё доброе имя, своё достоинство. Если же в результате проступка чувство его собственной ценности резко упало, исчезает и чувство стыда. Поэтому критика за действия, позорность которых очевидна всем, и в первую оче­ редь глубоко страдающему и раскаивающемуся виновнику, должна быть умеренной, а то и переходить в поддержку теряющего всякое уважение к себе человека. Онтогенетически чувство стыда не ощущается до проявления чувст­ ва достоинства. (На это в своё время обращал внимание ещё Ч.Дарвин). При этом ребёнок проходит как бы период обучения стыду. Он постепенно усваивает общественные «табу» и начинает стыдиться лжи, «плохих» слов, не берёт без спроса чужих вещей, скрывает определённые естественные отправления и т.д. Главное же, он, благодаря стыду, улавливает силу и значимость влияния общества на личность и старается избегнуть всего, что вызывает столь тяжёлые чувства. Интенсивность стыда зависит от того, кому становится известно о проступке — людям высокоморальным, авторитетным, уважаемым или людям, чьи моральные суждения не ценят. Ещё Аристотель заметил, что никто не стыдится младенцев и животных и что стыд, ощущаемый в при­ сутствии других людей как раз соразмеряется с тем уважением, которое питается к их мнению. Известно, например, что древние римляне и рим