— 39
тверской помѣщицы къ своему мужу, которое я не могу не
передать здѣсь цѣликомъ; вотъ оно:
«Я все собираюсь и забываю написать тебѣ, что выходитъ на по
вѣрку люди очень глупы и какъ Господь милостиво и премудро
насъ научаетъ! Помнишь, какъ мы всѣ, помѣщики, два года тужи
ли объ опустошеніяхъ, надѣланныхъ червемъ наполяхъ нашихъ?А
вышло, что это было милосердіе Божіе! Съ тѣхъ поръ, какъ червь
выѣлъ озимь на нашихъ нивахъ, у насъ хлѣба дѣвать некуда,
такъ онъ богато родится, потому что червь этотъ, размножив
шись неслыханными милліонами на пашнѣ, такъ ее разрыхлилъ
и удобрилъ собою, что съ тѣхъ поръ почти пахать землю не
чего, такъ она стала мягка и рыхла. Никакими инструментами
нельзя того сдѣлать, что сдѣлалъ червь съ нашею пашнею.
За то, бывало, когда червь не ѣлъ озими, хлѣба было такъ
мало и онъ родился такъ худо, что крестьяне съ Рождества
уже хлѣбъ покупали; съ тѣхъ же поръ, какъ червь сталъ ѣсть
хлѣбъ на нивахъ, родится его такъ много, что не только ку
пить, но и самому дѣвать некуда**.
„Вотъ еще образчикъ. Въ Каменномъ, безъ червя, намола
чивали разнаго хлѣба до пяти или шести сотъ четвертей, и
этого было мало для прокормленія тамошняго большаго коли
чества фабричныхъ. Дотомъ, хлѣба четвертей до 400, возили
туда изъ Рыскина, какъ на прокормленіе тамошнихъ людей,
такъ и на сѣмена. Въ эти же два года, какъ продолжались
опустошенія червя, хлѣба въ Каменномъ родилось такъ много,
что не только отсюда не возили, но еще тамошняго лишняго
остается до 1000 четвертей. Слѣдовательно червь сдѣлалъ
намъ барыша по 500 четвертей въ годъ. Пропадали только
засѣянныя осенью сѣмена, а за то весною все это вознаграж
далось вдесятеро. На выѣденныхъ мѣстахъ сѣяли яровой хлѣбъ
и онъ родился такъ изумительно, что никогда такого и не
видывали*4 :
„Этого мало, что весенній посѣвъ вознаграждалъ богатѣй
шимъ образомъ за осеннія опустошенія, но вотъ уже 3 года,
та же пашня родитъ хлѣбъ изумительно, и все еще послѣ
Электронная Научная СельскоХозяйственная Библиотека